Скупая мужская слеза катилась по его лицу. Он молчал.
Его прелесть, которую он трепетно холил и лелеял всю зиму, которую в его мечтах жадно заглатывали огромные дикие карпы, рецепт которой мог бы удостоиться Нобелевской премии, ехала с ним. Но первый раз в жизни, его детищу не было суждено окунуться в таинственные, мутно-зеленые воды никому, кроме них, не известного озера.
Стояла гробовая тишина. Даже любимый трек был поставлен на паузу.
Они ехали на свалку.
(С) Путь самокатчика.





Ответить с цитированием